Клинические проявления. Синдромальные формы

Шизофрения может начаться в любом возрасте. Однако наи­более типичным является молодой возраст (20—23 года). Вме­сте с тем для отдельных начальных клинических форм шизоф-


рении существуют свои «оптимальные» сроки. Так, параноид­ная форма начинается чаще в возрасте старше 30 лет, вари­анты с неврозоподобной симптоматикой, расстройствами мышления — в подростковом и юношеском возрасте. Хотя за­болеваемость шизофренией одинакова у мужчин и женщин, у лиц мужского пола заболевание в среднем начинается раньше, чем у женщин. Симптоматика также может различаться в за­висимости от пола больных. У женщин заболевание протекает более остро, в его клинических проявлениях чаще и выражен-нее представлена различная аффективная патология. Ранние злокачественные варианты болезни чаще наблюдаются у маль­чиков.

Довольно часто (но не всегда) можно выявить характерные преморбидные особенности личности. Более свойственны зам­кнутость, низкая физическая активность, послушание, склон­ность к фантазированию, интерес к уединенным занятиям (чтение, прослушивание музыки, коллекционирование). Мно­гие больные демонстрируют хорошую способность к абстракт­ному мышлению, им легко даются точные науки (физика, математика). В 20-х годах Э. Кречмер, проанализировав типы телосложения (см. раздел 1.2.3), указал, что шизоидный тип характеризуется вытянутыми пропорциями, слабым развитием мышц (астенический, или лептосомный, тип). ' О дебюте заболевания свидетельствует значительное изме­нение привычного уклада жизни пациента. Он теряет интерес к любимым занятиям, резко изменяет свое отношение к род­ным и друзьям. Появляется несвойственный ему ранее инте­рес к философии, религии, этике, космологии («метафизи­ческая интоксикация»). Некоторые больные чрезвычайно оза­бочены своим здоровьем, проявляют ипохондричность, другие начинают вести себя асоциально. Этот процесс сопровождает­ся разрывом прежних социальных связей, нарастающей аути-зацией.

Симптоматика манифестного периода шизофрении отличает­ся разнообразием клинических проявлений.

Наиболее характерны для шизофрении нарушения мышления. Больные нередко жалуются на неуправляемый поток мыслей, на остановку, «закупорку», параллелизм мыслей. Все эти яв­ления временами мешают им понимать собеседника, постигать смысл прочитанного. Отмечается тенденция улавливать особый символический смысл в отдельных предложениях, словах, со­здавать новые слова (неологизмы). Мышление нередко бывает расплывчатым, в высказываниях происходит как бы соскаль­зывание с одной темы на другую без видимой логической свя­зи. Им свойственна разноплановость в суждениях. Часто ошибки в мышлении объясняются особым вниманием больных к несущественным признакам предметов и явлений. Характер­на склонность к бесплодному мудрствованию, рассуждательству




(резонерство). Логическая непоследовательность в высказыва­ниях у ряда больных с далеко зашедшими болезненными из­менениями приобретает характер речевой разорванности: хотя она и сохраняет грамматическую правильность, но теряет смысл (шизофазия).

Эмоциональные нарушения начинаются с утраты чувства при­вязанности и сострадания к близким. Иногда это сопровожда­ется неприязнью и злобностью по отношению к ним. Со вре­менем снижается и полностью пропадает интерес к любимому делу. Больные становятся неряшливыми, не соблюдают эле­ментарных гигиенических требований.

Существенным признаком заболевания являются также и особенности поведения больных. Довольно рано развивается замкнутость, разрываются отношения не только с родными, но и с прежними товарищами. Больные совершают неожиданные поступки, меняется манера речи и мимики. Все это происхо­дит вне связи с какими-либо внешними обстоятельствами и вызывает удивление лиц, хорошо знавших больного прежде.

Для шизофрении также типичны и различные своеобразные сенестопатические проявления. Сенестопатии имеют вычур­ный, необычный характер. Локализация и проявление сенес­топатии не соответствуют болезненным ощущениям, которые бывают при соматических заболеваниях.

Расстройства восприятия проявляются преимущественно слу­ховыми галлюцинациями (чаще псевдогаллюцинациями), хотя могут возникать и тактильные, обонятельные и зрительные об­маны. К типичным проявлениям заболевания относят и раз­личные виды бреда — паранойяльный, параноидный и пара-френный. Весьма характерен для шизофрении бред воздей­ствия, который обычно сочетается с псевдогаллюцинациями — синдром Кандинского—Клерамбо.



Двигательно-волевые нарушения многообразны по своим проявлениям. Они обнаруживаются в виде расстройства про­извольной деятельности и в форме патологии более сложных волевых актов. Одним из ярких видов нарушения произволь­ной деятельности является кататонический синдром, проявля­ющийся состояниями ступора и возбуждения. Ступорозное состояние может прерываться кататоническим возбуждением и импульсивными поступками. Выделяют люцидный и онейро-идный варианты кататонического синдрома. Люцидная катато-ния указывает на неблагоприятный прогноз заболевания и на­блюдается нередко на отдаленном этапе развития параноидной шизофрении. Онейроидная кататония свидетельствует об ост­роте болезненного процесса и заканчивается часто исходом в ремиссию.

Более сложные волевые акты, волевые процессы также пре­терпевают значительные изменения под влиянием болезни. У больных иногда сосуществуют 2 мнения, 2 решения по од-


ному и тому же вопросу (амбивалентность), что мешает им действовать последовательно. Типичным для шизофрении яв­ляется постоянное снижение волевой активности {редукция энергетического потенциала), завершающееся вялостью и апа­тией. Эти симптомы имели важное значение для выделения раннего слабоумия в самостоятельную нозологию. Их выражен­ность коррелирует с прогредиентностью заболевания. Однако у отдельных больных может наблюдаться повышение активно­сти, связанной с теми или иными болезненно обусловленны­ми идеями и установками. Так, например, в связи с бредо­выми идеями и болезненными установками больные способны преодолевать многие трудности, проявлять инициативу и на­стойчивость, выполнять большую работу. Содержание болез­ненных переживаний, бредовых идей у больных может быть различным. Вместе с тем оно отражает дух времени, те или иные социально значимые явления.

Хотя при экспериментальном исследовании памяти и интел­лекта больные шизофренией могут демонстрировать большое количество ошибок, данные расстройства выражают отсутствие необходимого внимания и эмоциональной заинтересованности, присущее данным больным. Считается, что в целом расстрой­ства памяти и интеллекта для шизофрении не характерны. Термин «шизофреническое слабоумие» довольно широко ис­пользуется для обозначения исхода наиболее злокачественных форм заболевания, однако характер такого слабоумия суще­ственно отличается от исхода типичных органических заболе­ваний мозга (см. раздел 7.2).

Формы шизофрении.С момента выделения шизофрении в самостоятельное заболевание постоянно проводилось ее тща­тельное клиническое изучение и катамнестические наблюдения для выделения различных форм шизофрении, ее систематики. Предлагаемые различные национальные классификации суще­ственно, а порой и принципиально отличались друг от друга. Компромиссом различных позиций стало возвращение в МКБ-10 к формам, описанным Э. Крепелином в концепции demen­tia praecox. Ниже приводится более подробная их характерис­тика.

Параноидная форма [F20.0] встречается чаще, чем другие. Наряду с кардинальными признаками заболевания (аутизм, на­рушение стройности мышления, снижение и неадекватность эмоций) ведущим в клинической картине данной формы яв­ляется бред (см. раздел 5.3). Прогредиентность заболевания выражается в последовательной смене паранойяльного (система­тизированные интерпретативные бредовые идеи преследования без галлюцинаций), параноидного (в большинстве случаев пред­ставлен синдромом психического автоматизма) и парафренного синдромов (бредовые идеи величия на фоне эйфории или бла­годушно-безразличного настроения, часто сопровождающиеся


нелепыми фантазиями, конфабуляциями и распадом бредовой системы).

Хотя течение параноидной формы может быть различным, для нее более типично постоянное существование бреда и псев­догаллюцинаций без заметных ремиссий. Начало заболевания в большинстве случаев приходится на период молодости и зре­лости (25—40 лет). Эмоциональный дефект в большинстве случаев нарастает постепенно и позволяет больным длительно сохранять социальные связи. Некоторые больные долго оста­ются трудоспособными, сохраняют семью. При более раннем начале заболевание течет злокачественно.

Больной 40 лет, инженер-энергетик. Наследственность не отя­гощена. Отец жесткий, властный, мать податливая, мягкая. Стар­шие сестры замужем, также работают инженерами, заботливые. Больной хорошо учился в школе, был немного застенчив. Окончил Московский энергетический институт и работал по специальности в научно-исследовательском институте. Быстро продвигался по служ­бе, отношения с сотрудниками складывались хорошо. Женился в 23 года. Дочь здорова, заканчивает школу.

Примерно за год до первой госпитализации заметил недоброже­лательное отношение к себе со стороны сотрудников, стал с ними осторожен, недоверчив. Затем обратил внимание на то, что на ули­це незнакомые ему люди при его появлении начинают улыбаться, плевать за его спиной, кашлять и чихать. Особенно неприятно чув­ствовал себя в городском транспорте, поскольку чувствовал, что пассажиры специально толкают его и суют газету в лицо. Часто вы­езжал в командировки, при этом первое время не замечал подобно­го преследования в других городах. Однако незадолго до госпитали­зации обнаружил, что «преследователи» появились во всех населен­ных пунктах. Был настолько встревожен этой ситуацией, что совер­шенно не мог работать. Нарушились отношения в семье, стал часто выпивать, поскольку после приема алкоголя чувствовал себя несколь­ко спокойнее. По настоянию жены и сестер госпитализирован.

В клинике довольно открыто рассказывает о своих переживани­ях, находит многочисленные доказательства неслучайности любого события. В стационаре довольно спокоен, замкнут, не общается ни с кем из больных. Себя больным не считает, но лекарства прини­мает самостоятельно, без уговоров. На фоне нейролептической те­рапии (трифтазином, аминазином и галоперидолом) стал более пас­сивен, равнодушен. В клинике преследования не замечает, однако не может согласиться с возможным болезненным происхождением «пережитых событий».

После выписки из клиники попытался выйти на работу, но инсти­тут, где он ранее работал, в связи с экономическими трудностями был закрыт. Не пытался найти новую работу. Жил на деньги жены, часто выпивал. Из дому выходил редко. Вновь стал замечать, что продолжа­ется преследование, в том числе и дома. Был убежден, что прежние сотрудники читают его мысли, иногда слышал в голове непонятный ше­пот, щелчки, считал эти явления признаками «неполадок в аппарату­ре». В последующем неоднократно лечился в стационаре, но без су­щественного эффекта. Был признан нетрудоспособным. Определена II группа инвалидности. По настоянию жены оформлен развод.


Гебефреническая форма [F20.1] — одна из наиболее злока­чественных форм шизофрении. Главное ее проявление — ге-бефренический синдром (см. раздел 9.1). Диагноз основыва­ется на преобладании в проявлениях болезни детскости и не­лепого, дурашливого возбуждения. В настроении превалиру­ют пустая, непродуктивная эйфория, кривлянье, неадекват­ный смех, сменяющиеся приступами негодования, агрессии, бессмысленного разрушения. Речь быстро теряет последова­тельность, изобилует повторами и неологизмами, нередко со­провождается циничной бранью. Поведение складывается из нецеленаправленной активности в сочетании с упрямством и негативизмом. На этом фоне катастрофически нарастают из­менения личности, падение активности, разрушение эмоцио­нальных связей, доминируют равнодушие и пассивность. Больные становятся несостоятельными в решении простейших практических задач и поэтому требуют постоянного ухода и надзора.

Заболевание начинается в подростковом возрасте (13—15 лет) и в дальнейшем течет безремиссионно. Больные стано­вятся инвалидами до начала трудовой деятельности.

Больной 27 лет, инвалид I группы. *. Старший брат пациента страдает параноидной шизофренией. Мать несобранная, тревожная, говорит, не слушая собеседника. Много лет в разводе с отцом больного. Отец — инженер, спокойный, ас­тенического телосложения. Не любит обшаться с врачами, хотя ча­сто навещает сына в отделении. Сам больной с детства отличался неловкостью, диспластическим телосложением (длинный горбатый нос, глубоко посаженные глаза, бледное лицо с синяками под гла­зами, худые, длинные руки, отвисший живот). Был очень привязан к матери и бабушке, не любил шумной детской компании. В шко­ле учился плохо. Постоянно возникал вопрос о дублировании клас­сов, но мать упрашивала учителей и ему ставили «тройки». По окон­чании 8 классов поступил в ПТУ и получил специальность кондите­ра. Был принят на фабрику, однако там к нему никто серьезно не относился. Выполнял только черную работу. Плакал, заявлял, что его там обижают.

Еще в школе у больного отмечались периоды, когда становился капризным. Долго не укладывался спать по ночам, приставал к ма­тери и бабушке с нелепыми вопросами и шутками. Если они отка­зывались отвечать, начинал ругаться, сквернословить, разбрасывать вещи. Несмотря на маленький рост и астеническое телосложение, бросался на мать и бабушку с кулаками, кидал в них тяжелые пред­меты. Смеялся, когда замечал, что причинил боль; высовывал язык, с азартом спрашивал: «Ну что, получила?». Проходил лечение в под­ростковом отделении психиатрической больницы. После лечения ста­новился спокойнее. Радовался приходу матери в больницу, по-детс­ки ласкал ее; плакал, когда она собиралась уходить. В подростко­вом и юношеском возрасте более 5 раз находился на лечении в боль­нице. Поскольку на работе к нему относились пренебрежительно, в конце концов заявил, что больше работать не будет. Дома ничего не делал, не читал, не любил смотреть телевизор. Сидел в углу,


наблюдал за тем, как мать и бабушка передвигаются по квартире. Смеялся, если кто-нибудь спотыкался или ронял что-нибудь. Насто­ящая госпитализация связана с очередным приступом агрессии.

При поступлении сначала с осторожностью осматривает врачей, однако вскоре начинает вести себя довольно свободно. На лице не­ясная гримаса: наморщенный лоб, широко раскрытые глаза, губы сложены в нелепую улыбку. Говорит, заикаясь, с детскими интона­циями. Часто по нескольку раз повторяет одно и то же утвержде­ние, хотя видит, что собеседник хорошо понял его. Стереотипно спрашивает, когда его выпишут; многократно повторяет, что будет вести себя хорошо. Выйдя из кабинета, тут же возвращается и по­вторяет слово в слово все, что только что рассказал врачам. При­стает с такими же вопросами к медсестрам и больным. Повторяет (иногда с улыбкой) только что сказанное, хотя другие пациенты злятся на него и угрожают побить. Неохотно соглашается на психо­логическое обследование, отказывается показать, как он пишет: «За­чем это, я ведь умею, я в школе учился!». Пишет без ошибок круп­ным детским почерком. Довольно хорошо считает, однако подобное обследование быстро ему надоедает, и он заявляет: «Ну хватит!». Отказывается помогать персоналу в уборке помещений: «Я ведь боль­ной!». Если врач спрашивает, в чем заключается болезнь, немедлен­но отвечает: «Я здоров! Вы же обещали меня выписать!».

Каталитическая форма [F20.2] характеризуется преоблада­нием двигательных расстройств (см. раздел 9.1). Кататоничес-кий ступор отличается тем, что больной длительное время со­храняет вычурную, неестественную, часто неудобную позу, не чувствуя утомления. Например, лежит, приподняв голову над подушкой {симптом воздушной подушки), накрывает голову про­стыней или полами халата (симптом капюшона), сохраняет утробную позу. При этом тонус мышц резко повышен. Это позволяет придать больным какую-либо позу, которую они бу­дут в дальнейшем сохранять (каталепсия — восковая гибкость). Часто растормаживаются примитивные рефлексы (хвататель­ный, сосательный — симптом хоботка). Для больных харак­терны негативизм (отказ от выполнения инструкций или даже действия, противоположные требуемым) и мутизм (полное от­сутствие речи при наличии способности понимать слова собе­седника и команды). Обездвиженность больных может сосуще­ствовать с импульсивными поступками и приступами нецеле­направленного, часто стереотипного — кататонического воз­буждения. Другими симптомами кататонии являются стремле­ние копировать движения, мимику и высказывания собеседни­ка (эхопраксия, эхомимия, эхолалия), манерность, вычурность движений и мимики, пассивная (автоматическая) подчиняе-мость (отсутствие спонтанной деятельности до тех пор, пока больной не получит точных инструкций).

Кататонические симптомы могут сопровождаться помрачени­ем сознания (онейроидная кататония) или возникать на фоне ясного сознания (люцидная кататония). Люцидная кататония является одним из вариантов злокачественного течения шизоф-


рении. Начинаясь в юношеском возрасте, она течет непрерыв­но и сопровождается быстро нарастающими изменениями лич­ности, глубоким апатико-абулическим дефектом и ранней ин-валидизацией. В последние годы эта форма шизофрении ста­ла крайне редко встречаться в развитых странах.

Больной 17 лет, колхозник, доставлен в клинику в связи с резкой двигательной заторможенностью и недоступностью. Наслед­ственность не отягощена. Родился и вырос в деревне. Родители ра­ботают в колхозе (мать — бухгалтер, отец — тракторист). В раннем детстве ничем не отличался от сверстников. В школе учился без особого усердия. После окончания 8-го класса решил работать на ферме. Эпизодически выпивал, но никогда не злоупотреблял алко­голем; курит. Свободное время проводил с деревенскими парнями, но в компании сверстников никогда не был заводилой.

Около 6 мес назад стал прогуливать работу. Утром отказывался встать с постели, лежал с открытыми глазами, не отвечал на воп­росы. Позже вставал, ел с аппетитом, но молча. Неделями не мылся, не чистил зубы, отказывался поменять белье. Однажды, когда отец насильно затолкнул его в ванную, больной закрылся и не выходил из нее в течение 4 ч, отказывался открыть дверь. Мать отвела сына к экстрасенсу, поскольку решила, что на него навели «порчу». На приеме внезапно вскочил, набросился на экстрасенса, разбил стеклянную дверь. Потом ругал мать, обвинял ее в том, «что она все испортила». Мать решила отвезти сына в монастырь, однако настоятель заявил, что сын «бесноватый» и не может находиться в святом месте. Две ночи провели за стенами монастыря в молитвах. Все это время сын сидел в одной и той же позе, не отвечая на воп­росы, ничего не ел. По настоянию наместника монастыря сын был доставлен в областную психиатрическую больницу. В больнице не ел и не отвечал на вопросы, несколько дней пролежал на кровати, не меняя позы. Мать настояла на выписке и доставила сына в мос­ковскую клинику.

При объективном осмотре: больной высокого роста, астеническо­го телосложения. На пятках глубокие покрытые корками язвы (по­следствия пролежней от длительного лежания в одной позе — на спине). При поступлении на вопросы не отвечает. Предоставленный сам себе, ложится в постель. Не встает, чтобы поесть; не пьет; выплевывает лекарства. Тонус мышц резко повышен; рука больно­го, поднятая врачом, на несколько минут повисает в воздухе.

В первый же день были назначены инъекции нейролептиков (га-лоперидол, аминазин). На 2-е сутки начал есть и пить, однако от­казывался принимать таблетки. На 2-й неделе пребывания в клинике начал отвечать на некоторые вопросы. Удалось перейти на перораль-ный прием лекарств. В клинике находился около 2 мес, при этом оставалась некоторая скованность. Говорил мало, не мог объяснить свою заторможенность. С больными не общался. После выписки к работе не приступил. Оформлена II группа инвалидности.

Простая форма [F20.6] проявляется почти исключительно негативной симптоматикой. В отличие от других форм про­дуктивные расстройства (бред, двигательные нарушения и аф­фективная симптоматика) либо не возникают вовсе, либо бы-


вают краппе несгоикими и редуцированными. Преобладающим является неуклонно нарастающий анатико-абудический дефект. 15 начале тболевания наб.тюдакнся огка( от учебы и рабогы, скдонносп» к бродяжничеству, разрыв огношенни с семьей и беретиками. В дальнейшем больные становятся совершен­но безучасными к происходящим вокрм них собьпинм. хо­лодными, н'оисгичными; герякч накопленный ишас знаний, что гкиволяс! юворигь о своеобразном paccrpoiiciBe интел.тек-К! (дни юфреническом слабоччии») Для нон ()юр\1Ы характер­ны начало в подростковом и юношеском вофаае: непрерыв­ное, безремиссионное течение, быстрое прогрессировать и ранняя инв;ыиди шпия.

Простая шизофрения, гебефрсния и люпидпая кататония являются наиболее злокачественными вариантами болезни. При данных формах болезненный процесс дебютирует в под­ростковом и юношеском возрасте, до того как больной успе­вает получить образование. Такие больные, как правило, не имеют профессии и семьи. Инвалидность часто оформляется до достижения трудоспособного возраста. Грубые изменения лич­ности приводят к интеллектуальной бездеятельности. В боль­шинстве случаев расстройства столь выражены, что диагнос­тика не представляет каких-либо сложностей. Большинство пациентов не только не могут работать, но и требуют специ­ального ухода, поскольку не могут заботиться о себе, не мо­ются, не готовят пишу, не выходят из дому. Иногда данные формы объединяют в понятие юношеской злокачественной ши­зофрении.

Наряду со злокачественными вариантами заболевания тра­диционно описываются формы болезни с медленно прогрес­сирующими изменениями личности и относительно благопри­ятным исходом. Отношение к данным психозам в различных психиатрических школах неоднозначно. Поэтому авторы МКБ-10 постарались отделить эти спорные варианты болезни от клас­сических форм.

Циркулярная форма выделяется рядом психиатров со време­ни Крепелина. Она характеризуется преобладанием ярких эмо­циональных расстройств (приступов мании и депрессии), перемежающихся периодами полной редукции психоза, в со­четании с мягким медленно прогрессирующим дефектом в эмо­ционально-волевой сфере. Относительно благоприятный про­гноз этого варианта психоза делает его трудноотличимым от биполярного типа маниакально-депрессивного психоза (МДП). В МКБ-10 рекомендуется относить подобный психоз к МДП |F3]. Несколько иначе оценивается состояние больных, если наряду с отчетливыми аффективными расстройствами (мания или депрессия) наблюдается яркая шизофреническая симпто­матика в виде бреда воздействия или величия, психического автоматизма, рааерянности. онейроилной кататокии. В целом

Ш


прогноз у таких больных относительно благоприятен и они долю сохраняют трудоспособность, однако, несмотря на от­четливые периоды ремиссий, заметно нарастание изменений личности. В российской традиции данный вариант течения бодеши рассматривается как «рекуррентная шизофрения» (см. ра5лел 1У.1.2). В МКБ 10 подобные расстройства выделены в группу шизоаффективных психозов [F25].

Сенестопагии (трудноописуемые крайне неприятные ощуще­нии в теле) весьма характерны для некоторых вариантов ши­зофрении. Отчетливый эмопионально-волевой дефект в таких случаях не достигает степени эмоциональной тупости. Продук­тивная симптоматика выражается сенестопатиями и ипохонд­рическими идеями, не достигающими степени бреда. Сказан­ное послужило основанием для выделения особой — сенесто-патически-ипохондрической формы шизофрении [F20.8].

Начиная с работ Е. Блейлера ведутся споры о возможнос­ти возникновения мягкого дефекта личности без предшеству­ющего психоза. К таким мягким, латентным формам шизоф­рении относят случаи странного, чудаческого поведения с ха­рактерными нарушениями стройности мышления, сверхценно­стью, обильными навязчивостями абстрактного содержания, аутистичностью, дезадаптацией. Генетическая связь подобных расстройств с шизофренией подтверждена многими исследова­ниями, однако непрогредиентность симптоматики, отсутствие отчетливых психотических эпизодов определяют осторожность в присвоении подобным больным диагноза шизофрении. ВМКБ-10 их состояние определяется как шизотипическое рас­стройство [F21] (см. раздел 19.1.4).

Недостатком предложенной классификации является услов­ность границ между отдельными ее формами. Нередко наблю­дается смена симптоматики в ходе течения болезни. Так, ка-татоническая симптоматика может наблюдаться в инициальном периоде болезни или возникать при типичной параноидной шизофрении на заключительных этапах {вторичная кататония). Сенестопатии могут со временем сменяться типичным бредом воздействия. Поэтому часто более важной для прогноза харак­теристикой болезни является тип течения.

19.1.2. Течение шизофрении. Типы течения

Течение шизофрении определяется как хроническое, прогреди-ентное. Некоторые формы, начинающиеся в раннем возрасте и протекающие непрерывно, быстро прогрессируют, развива­ются злокачественно и в течение 3—5 лет приводят к тяжело­му, так называемому исходному, или конечному, состоянию. Наиболее типичной формой конечного состояния является апатико -абулический синдром. Больные бездеятельны, безучас­тны; речь их монотонна. Они с трудом вовлекаются в простую


работу. Наряду с этим могут быть и другие психические рас­стройства (фантастические, несистематизированные бредовые идеи, галлюцинации, своеобразные расстройства мышления, грамматически правильная, но лишенная смысла речь — ши-зофазия), что вместе создает широкий спектр исходных состо­яний.

Неблагоприятный исход может быть и при менее злокаче­ственном варианте шизофрении, но он наступает в более по­здние сроки.

Изредка и при непрерывном течении шизофрении возмо­жен относительно благоприятный исход. Так, на отдельных этапах развития болезни психопатологическая симптоматика может стабилизироваться, видоизменяться и ослабевать. По­добные изменения в течении болезни бывают следствием спон­танного развития болезненного процесса или результатом про­водимого лечения. Признаки, свидетельствующие о более или менее благоприятном течении шизофрении, представлены в табл. 19.1.

Таблица 19.1. Предикторы прогноза прн шизофрении


Плохой прогноз

Начало заболевания до 20 лет

Случаи шизофрении в семье (наследственная отягощен ность шизофренией)

Отчетливые признаки конститу­циональной предрасположеннос­ти (замкнутость, аутистичность и т.п.)

Астенический или диспластичес-кий тип телосложения

Медленное постепенное начало

Оскудение эмоций

Спонтанное беспричинное начало

Отсутствие семьи и профессии

Отсутствие ремиссий в течение 2 лет

Преобладание негативной симп­томатики


Относительно благоприятный прогноз

Позднее начало заболевания

Отсутствие наследственной отяго­щенное™

Отсутствие конституциональной предрасположенности (общитель­ность, наличие друзей)

Пикнический тип телосложения

Острое начало заболевания

Яркие, обостренные эмоции (ма­ния, депрессия, тревога)

Возникновение психоза после дей­ствия экзогенных факторов или психологического стресса

Состояние в браке; наличие про­фессии

Продолжительные ремиссии в анам­незе

Преобладание продуктивной симп­томатики



При приступообразном течении наблюдается чередование приступов болезни с наступлением ремиссии. Светлые проме­жутки — ремиссии бывают полными и неполными. При пол­ной ремиссии (интермиссии) наблюдается стойкое состояние с отсутствием явных психических расстройств; при неполной ремиссии имеются мягкие остаточные психические расстрой­ства.

При приступообразном течении изменения личности боль­ных, как правило, менее выражены. Но об этом можно су­дить лишь в межприступном периоде, так как во время при­ступа изменения личности маскированы острыми проявления­ми психоза. По мере увеличения числа приступов изменения личности усиливаются. Нарастает также и остаточная симпто­матика в межприступном периоде. Характер течения заболева­ния не всегда строго сохраняется у одного и того же больного на протяжении всего времени. Возможны переходы непрерыв­ного течения в приступообразное, а также приступообразного в непрерывное. Однако общая тенденция в течении болезни чаще сохраняется.

В России активно используется классификация шизофрении по типу течения заболевания [Снежневский А.В., 1960, 1969]. В,МКБ-10 предложено кодировать тип течения заболевания дополнительным 5-м знаком.

Непрерывный тип течения [F20.*0] характеризуется отсутстви­ем ремиссий. Несмотря на колебания в состоянии больного, психотическая симптоматика никогда не исчезает совершенно. Наиболее злокачественные формы сопровождаются ранним на­чалом и быстрым формированием апатико-абулического синд­рома (гебефреническая, кататоническая, простая). При позднем начале заболевания и преобладании бреда (параноидная шизоф­рения) прогноз более благоприятен; больные дольше удержива­ются в социуме, хотя полной редукции симптоматики достичь также не удается.

Больные с наиболее мягкими формами шизофрении (сенес-топатически-ипохондрическая форма) могут длительное время оставаться трудоспособными.

Приступообразно-прогредиентный (шубообразный) тип тече­ния [F20.*l] отличается наличием ремиссий. Бредовая симп­томатика возникает остро. Манифестации бреда предшествуют упорная бессонница, тревога, страх сойти с ума. Бред в боль­шинстве случаев несистематизированный, чувственный, сопро­вождается выраженной растерянностью, тревогой, возбуждени­ем, иногда в сочетании с манией или депрессией. Среди фа­бул бреда преобладают идеи отношения, особого значения, нередко возникает бред инсценировки. Острый приступ ши­зофрении продолжается несколько месяцев (до 6—8 мес) и за­вершается отчетливой редукцией бредовой симптоматики, иногда появлением критики к перенесенному психозу. Одна-


ко от приступа к приступу происходит ступенчатое нарастание дефекта личности, приводящее в конце концов к инвалидиза-ции. На заключительных этапах заболевания качество ремис­сий прогрессивно ухудшается и течение приближается к непре­рывному.

Периодический (рекуррентный) тип течения [F20.*3] — наи­более благоприятный вариант течения заболевания, при кото­ром могут наблюдаться длительные светлые промежутки без продуктивной симптоматики и с минимальными изменениями личности (интермиссии). Приступы возникают наиболее ост­ро, симптоматика аффективно насыщена (мания или депрес­сия), на высоте приступа может наблюдаться помрачение со­знания (онейроидная кататония). Дефект личности даже при длительном течении не достигает степени эмоциональной ту­пости. У части больных наблюдается только 1 или 2 приступа в течении всей жизни. Преобладание аффективных расстройств и отсутствие грубого личностного дефекта делают этот вариант заболевания наименее схожим с типичными формами шизоф­рении. В МКБ-10 предлагается относить данные расстройства не к шизофрении, а к острым транзиторным или шизоаффек-тивным психозам (см. разделы 19.3 и 19.4).


klonidin-klofelin-gemiton.html
klonirovanie-lidera-sverhcheloveka.html
    PR.RU™